«Опухоль была с мужской кулак». Как профессор Смеянович помогал своим пациентам и чем им запомнился

Беларусь | 4 января 2021

2 января стало известно о смерти известного нейрохирурга, профессора, академика Арнольда Смеяновича. У него был обнаружен коронавирус, доктору было 82 года. На протяжении 60 лет — и до конца своего пути — он делал операции, которые спасли жизни тысячам людей. Те, кто знал его близко и по касательной, отзываются о нем одинаково: «Это легендарный врач». При этом простой в общении, энциклопедически умный, энергичный и мудрый. TUT.BY поговорил с бывшими пациентами профессора Смеяновича и их родственниками о том, как им помог известный нейрохирург и каким он остался в их памяти.

«Арнольд Федорович — человек-легенда. У него много учеников, все врачи очень уважительно относились к нему»

Алле Белоноговой из Барановичей было 54 года, когда она попала на операционный стол к профессору Смеяновичу. За два года до этого она начала терять слух и обращаться к врачам. Те решили, что у нее развилась тугоухость, поэтому назначили физиопроцедуры и капельницы, вспоминает Алла.

— А на самом деле у меня оказалась невринома слухового нерва, и назначенное лечение только спровоцировало рост опухоли. Дошло до того, что походка стала шаткой, начал неметь язык. В конце концов я выбила себе МРТ, которая выявила доброкачественную опухоль в голове. Она располагалась на слуховом нерве и задевала лицевой, уже достигла размеров грецкого ореха.

В таком состоянии Аллу перевели в РНПЦ неврологии и нейрохирургии. Ее лечащим врачом стал нейрохирург Антон Родич — ученик Смеяновича. Оперировал ее сам академик. В тот момент ему как раз исполнилось 80 лет. Это было в августе 2018 года.

— После юбилея мы беседовали с Арнольдом Федоровичем, и он рассказывал, что некоторые пациенты уже присматриваются к его возрасту. Вас он не смущал?

— Если бы сейчас кто-то сказал, что нужно пережить все это еще раз, я бы сказала: страшно. А на тот момент страха не было. Тем более не было мыслей, что я могу не выжить и не проснуться после операции. Арнольду Федоровичу было невозможно не доверять. Это, я думаю, скажет любой, кто хоть раз в жизни с ним пересекался.

«Опухоль была с мужской кулак». Как профессор Смеянович помогал своим пациентам и чем им запомнился

Операция продлилась около трех часов и прошла удачно.

— Насколько я поняла, Арнольд Федорович — человек-легенда. У него много учеников, все врачи очень уважительно относились к нему. Самые сложные операции он делал сам. Моя длилась около трех часов. В итоге мне удалили слуховой нерв с правой стороны, удаление лицевого нерва стояло под вопросом, но его получилось сохранить.

Правда, в итоге «лицевой нерв принес много неприятностей», говорит Алла: лицо перекосилось, правый глаз перестал видеть.

— Когда операцию сделали, профессор Смеянович пришел ко мне в реанимацию и сказал, что лицевой нерв удалось сохранить. Опухоль обрезали и вычистили все по максимуму, чтобы не провоцировать дальнейший рост. Правда, на тот момент я не видела свое перекошенное лицо в зеркале, от которого потом ужаснулась. Позже я ездила к Арнольду Федоровичу, показывалась ему. Что бы ни случилось, он всегда принимал и успокаивал, что лицо постепенно восстановится: «Идеально, к сожалению, не будет, но станет лучше».

«Опухоль была с мужской кулак». Как профессор Смеянович помогал своим пациентам и чем им запомнился

Сейчас Алла не слышит на одно ухо, правый глаз перестал видеть, лицо до конца не восстановилось. Но и этого неидеального результата могло бы не случиться, рассказывает собеседница. Позже она узнала, что опухоль оказалась угрожающей для жизни.

— Когда меня отправили на переосвидетельствование, заведующий неврологическим отделением в РНПЦ сказал: «Спасибо большое Смеяновичу, что вы остались живы. Опухоль находилась около стволового нерва. Еще немного — и вас могло бы не стать. То, что с вами случилось, — это еще не самое страшное».

Новость о смерти профессора Смеяновича глубоко потрясла его бывшую пациентку, которой он подарил вторую жизнь.

— Уму непостижимо, что человек ушел. Я себя иногда чувствую пожилой, а он, несмотря на возраст, в 80 лет был такой молодой. Ходит быстро, шутит метко. Казалось, что Арнольд Федорович будет жить и оперировать бесконечно. Уверена, он мог бы еще работать и учить своих учеников.

«При всей своей известности и значимости он был очень прост в общении»

Елена Якушева познакомилась с профессором Смеяновичем 30 лет назад. Тогда ей было 23 года, она только что окончила Гродненский медицинский институт — и вдруг у нее произошел разрыв аневризмы сонной артерии.

События тех дней она помнит плохо: состояние было тяжелое, сознание практически отсутствовало. Но своего врача Арнольда Смеяновича она запомнила на всю жизнь.

— Операция была экстренная, состояние это само по себе опасное, гарантий никто не давал. Но Арнольд Федорович мастерски провел ее и поставил клипсу на сосуд. Благодаря ему я прожила полноценную жизнь, после операции не было ни осложнений, ни последствий. Эта проблема больше никогда меня не беспокоила. По сути, он стал для меня спасителем, — с дрожью голосе — спустя 30 лет после тех событий — говорит Елена.

Спустя год она стала мамой, теперь у нее уже двое внуков.

«Опухоль была с мужской кулак». Как профессор Смеянович помогал своим пациентам и чем им запомнился

Сегодня Елена живет в Рогачеве, работает врачом и заведует отделением физиотерапии. По ее словам, к ней часто на реабилитацию попадали пациенты, которые оперировались у профессора Смеяновича. И все отзывались о нем исключительно положительно.

— Это очень интеллигентный человек с необыкновенным чувством юмора. Всегда поддерживал своих пациентов. При всей своей известности и значимости он был очень прост в общении. Очень приятный человек. И врач от Бога. Очень жаль его. Мои близкие и я будем помнить о нем всю свою жизнь с теплом и благодарностью.

«Арнольд Федорович был очень энергичным. Он щедро дарил людям свое тепло и настроение»

В жизни Алины и ее семьи профессор Арнольд Смеянович тоже стал значимым человеком. Десять лет назад заболел ее папа Владимир. На протяжении нескольких лет он стремительно терял слух и в результате оглох на одно ухо. Сам он связывал это со своей профессиональной деятельностью: мужчина работал мастером по эксплуатации дорог. В итоге оказалось — опухоль.

— В поликлинике папе грели ухо. В итоге «догрели» до такой степени, что опухоль начала давить на все. Папа не мог поднять с кровати, не ориентировался в пространстве, постоянно мучили головные боли.

Когда Владимир попал на консультацию к профессору Смеяновичу, тот сходу задал несколько вопросов — и сразу же поставил диагноз: что за опухоль, где она локализуется, когда появилась.

— Мама сунула ему диск с МРТ, но врач сказал, не надо, он уже и так все видит, — вспоминает тот диалог Алина.

«Опухоль была с мужской кулак». Как профессор Смеянович помогал своим пациентам и чем им запомнился

Операция заняла около шести часов. На удаление самой опухоли понадобилось четыре. Алина рассказывает, что ее размер был сопоставим с мужским кулаком, новообразование задело лицевой нерв, но его функции удалось сохранить.

— На лице первое время была асимметрия, но пластической операцией потом все исправили. Сейчас папа восстановился, вернулся на работу, его перестали мучить головные боли. Все это — благодаря таланту Арнольда Федоровича. У меня тоже были сильные головные боли, и на фоне того, что произошло с папой, я сделала себе МРТ. Мне поставили диагноз «рассеянный склероз» под вопросом. Во время выписки папы я подошла к Арнольду Федоровичу с этими опасениями, он посмотрел мне в глаза и сказал: «Все хорошо, живи спокойно». После дополнительного обследования так в итоге и оказалось.

Первое время, рассказывает Алина, ее отец наблюдался у профессора Смеяновича, который, несмотря на занятость на операциях и сложности со временем, принимал и консультировал своих пациентов. Со временем такая необходимость отпала, но в их семье о профессоре всегда помнили.

— Больше всего мне запомнилась, каким энергичным был Арнольд Федорович. Он щедро дарил людям свое тепло и настроение. Помню, мы сидим в коридоре и переживаем за операцию, а он идет вместе с другими врачами в операционную, что-то им рассказывает, хохочет. Коллеги высокие, он сам — небольшого роста, но впереди всех. Таким ярким, добрым он и запомнился.

«Он сам проводил операцию, бился за отца до последней минуты»

Арнольду Смеяновичу приходилось спасать и своих коллег врачей. В 2017 году он оперировал известного кардиолога Николая Манака. Спасти его не удалось, но он подарил семье профессора еще три дня с близким человеком.

— Мой папа был профессором, главным кардиологом Беларуси, возглавлял до Мрочека НИИ Кардиологии, был инициатором создания РНЦП — объединения хирургов и терапевтов, — рассказывает дочь Николая Манака Екатерина Гамзунова. — Со Смеяновичем они дружили долгие годы, хотя он был старше моего отца. 26 февраля 2017 года у папы случился обширный инсульт. Это было воскресенье. Мы его завезли в больницу, не знали, кого и где искать, как-то растерялись. А потом нашей семье пришла в голову идея позвонить Смеяновичу. Конечно, это нужно было сделать сразу.

«Опухоль была с мужской кулак». Как профессор Смеянович помогал своим пациентам и чем им запомнился

Несмотря на то, что это был вечер выходного дня, Арнольд Смеянович за полчаса собрал свою бригаду врачей и выехал в больницу, куда госпитализировали Николая Манака.

— Он сам проводил операцию, бился за него до последней минуты. Хотя я изначально видела, что он по снимкам понял, что отец был не операбельный, слишком обширное кровоизлияние. Ложных надежд он нам не давал, говорил, что ситуация очень тяжелая. У меня все в семье врачи, все и так понимали, — продолжает Екатерина. —  Мой папа прожил еще три дня. Все три дня Смеянович к нему приезжал и смотрел за его состоянием. И после похорон, когда прошло девять дней, я к нему приехала, он сказал: «Я так расстроился из-за случившегося, что, наверное, дал вам лишнюю надежду. Что мы его все-таки оперировали». А я сказала ему спасибо. Потому что нам нужны были эти три дня просто для смирения, чтобы попрощаться с отцом.

Как рассказывает Екатерина, Арнольд Смеянович все время, что был в больнице, учил молодых врачей, которые там работали, что они вот так должны бороться за каждую жизнь.

— Не все понимали, что такое спасать экстренно, спасать в воскресенье, спасать известного человека. От этого какого-то равнодушия аж подбрасывало. Он говорил: «Вы каждого человека должны так спасать, за каждую жизнь бороться», — вспоминает Екатерина. — Я знаю, сколько людей спас этот человек. Даже несмотря на то, что моего отца спасти было невозможно, он сделал для нас чудо, дал еще три дня.

«Он говорил правду в лицо, но делал это деликатно»

Герман Сехнович живет в Новогрудке. В 2013 году заболел его отец — у него обнаружили опухоль головного мозга. Его обследовали в Гродно, но ничем помочь не смогли, выписали из больницы и отправили домой «прощаться с близкими».

— Опухоль была большая, размером семь на четыре сантиметра. В Гродно сказали, что ничем помочь не могут. У меня были знакомые врачи в Минске, и они посоветовали обратиться в РНПЦ неврологии и нейрохирургии. Там отцу сделали две операции. Во время первой взяли опухоль на биопсию. Новообразование оказалось злокачественным. Вторую операцию делал сам Арнольд Смеянович.

Накануне операции, вспоминает Герман, он встречался с профессором лично. Тот дал гарантию, что отец проживет два года, «но на большее надеяться не стоит».

— В итоге так и произошло: отец прожил ровно два года. То есть как Смеянович сказал, так и сделал. Вырезать опухоль получилось не полностью, потому что она уходила в ствол головного мозга.

После операции отец Германа наблюдался в РНПЦ онкологии и медицинской радиологии в Боровлянах. Врачи наблюдали улучшение, но через несколько месяцев все откатилось назад.

— Я вновь поехал к Смеяновичу поговорить. Он уже понимал, что делать что-то с отцом бесполезно, уже идут необратимые процессы, но все равно сказал привезти его, «постараюсь чем-то помочь». Это очень человечный врач. Его профессиональные качества даже не буду оценивать, потому что это специалист высочайшего уровня. Это человек, который готов помочь, дать надежду, поддержать в тяжелую минуту. Несмотря на то что в его практике случалось разное, а смерть для врача — привычное явление, он не сказал, как в Гродно, ехать умирать домой, а продлил отцу жизнь. Он говорил правду в лицо, но делал это деликатно. И я ему на всю жизнь благодарен. Это очень добрый человек, и я очень ценю его отзывчивость.

Источник